От Елизаветы до Виктории

Бородинское поле двух Отечественных
"Чисто по-белгородски" (путешествие в самый чистый город России)

В Инженерном корпусе Третьяковской галереи в Лаврушинском переулке открылась выставка «От Елизаветы до Виктории» — Национальная портретная галерея Лондона привезла кое-что из своих фондов. Выставка открыта до 24 июля 2016 г.
Под англичан отвели аж 4 зала — 3 с портретами по эпохам и один с биографиями, можно посидеть и почитать.
В первый зал входишь — и на тебя сразу обрушиваются громадные, во всю стену, изящные британцы и испанцы в пышных воротниках! Это «Конференция в Сомерсет-хаусе», 1604 год.

angl04

Рядом — громадная картина, королева Елизавета I, худая, сухая, тоже в пышном воротнике, в громадной юбище, увешанная драгоценностями и попирающая туфлями карту Британии. Ей на портрете 59 лет.

angl01

Рядом ее фаворит Роберт Деврё. Тоже огромный, до потолка. Надо же. Кончилось у них все очень печально — замыслил фаворит свою царственную любовницу свергнуть, заговор раскрылся, она его и казнила. А теперь вот — висят рядом, в одном зале…
Так же, как рядом висят Карл I и Оливер Кромвель. Нет, тут амурных дел, ясно, не было, а вот политические — сами знаете.
Карл I еще совсем молодой, в локонах.

angl03

И Кромвель в доспехах и с деревенским таким, простоватым лицом, при странном сочетании белого воротничка и железных доспехов. Даже и не подумаешь, кто это такой.

angl02

В следующем зале (точнее, в зале 3) снова с порога вас оглушает зрелище британской государственности и международной политики — картина «Тайна величия Англии (Королева Виктория вручает Библию в зале для аудиенций Винздорского замка)». В пышной (конечно, не как у Елизаветы) юбке королева Виктория пухленькой беленькой ручкой протягивает Библию миловидному нарядному басурманину, который благодарно и даже подобострастно ее принимает, разглядывает, а на лице читается: «Какая яркая штука!»

angl11

Весь этот зал — самый большой, кстати, — полон портретов государственных мужей, художников, литераторов и красивых женщин. И не очень красивых тоже, но их меньше. Из них запомнилась феминистка, маменька Мэри Шелли, в подчеркнуто простом платье и чепчике.
А рядом, будто нарочно, красавица-куртизанка Китти Фишер. И — тоже как нарочно — на картине рыбачит котенок рядом с Китти.

angl06

Адмирал Нельсон, еще не одноглазый, а рядом — леди Гамильтон в каком-то романтическом наряде из сераля. У нее настолько невероятно кукольно-ангельское личико, что сначала не верится, что художник не приврал. Но если просмотреть все ее портреты, понимаешь, что нет, вот такая уж она уродилась, красивая до ощущения картинки.

by George Romney, oil on canvas, circa 1785

А вот эта — уже совсем не картинка. Сара Сиддонс, знаменитая актриса, рядом с памятником Шекспиру.

angl09

Как жаль, что вот этот портрет висит в другом зале. Ему бы в соседки не старую Елизавету I с ее любовником, а огненную красавицу-актрису.

angl10

Контрасты сплошь и рядом. Вот Дарвин в потрепанном пальто и со старой шляпой, а по соседству — томный и румяный Констебл и тоже томный, но бледный Бердслей.

angl05

Последний, 4-й зал — совсем маленький. В нем собрались, словно на «Литераторских мостках», британские поэты и писатели XIX века.
Диккенс молодой и смешной, не верится, что такой щуплый юноша наплодил столько книжищ.

angl07

Теннисон в одних песочных цветах.
Конечно же, Байрон — восточный портрет в чалме.
Маленький портретик Бернса.
Сэр Вальтер Скотт с собакой и Киплинг в усах… И Джером К. Джером тоже с собакой. И в усах!
На этих портретах глаз просто отдыхает. Смотришь на них, словно встречаешь старых друзей. Еще бы — сколько их у меня на полках…

На закуску — немного разговорчиков посетителей у картин. В первом зале все еще свеженькие, ходят и внимательно читают подробные подписи. К концу уже начинают выпадать в осадок, и прорывается наружу всяческая прелесть. Знакомые фамилии действуют возбуждающе.

-Там еще много?

Парочка читает по слогам:
— Бра-у-нинг…

— Одни знаменитости…
— Это ж по скольку им лет здесь? О, она старше меня! О, Диккенс… на девушку похож. Как Бернс не прижизненный? Прижизненный!

Я хихикаю, записываю разговоры и собственные впечатления. Думаю — не сделать ли контрабандную фотку ) На меня накидывается смотрительница: «Много уже наснимала?!» — шепотом укоряет она меня. Я клянусь, что совсем немного, потому что записывала собственные мысли и наблюдения, и тетка отстает. Тяжелая у нее работа, но зато интересная, с людьми )
Теккерея на выставке очень не хватает. Очень )

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий